• Калинчев

Изтриптих раз.

На карамельных берегах междуречья говорили – с верой как с женщиной тешься не людно.


Мы с ним были давно знакомы. Ещё с прошлого века. Сошлись на почве ширпотреба и насыщением им голодных до него сограждан на излёте СССР. Я потом отошёл от этих штук, а он нет. До сих пор насыщает. Развил эту историю до магазина на диване. И скажу Вам, отличная эта фишка. Круче только секс по телефону. Джага-джага. Почему контакта не теряли? Не…, не на волне братства, мол, раз вместе за кордон и обратно ходили, или спины прикрывали, то теперь друзья навек. Лажа, всё это. Нет, не навек и оба знали. Так раз в полгода, в год пересекались. В основном выпить пару суток, поведать друг дружке, что да как у кого, но не более и снова в разлёт. Ну вот и сейчас. Позвонил. Договорились. И по накатанной.



В этот раз подсел я в его сундучок на колёсах, в просвете которого терьер пробежит, не поморщась ни разу, где-то на Пушке. Поехали в его Подмосковную асьенду.

- А где старый броневичёк? - поинтересовался я.

- В гараже, - отозвался он лаконично.



Склонность к броневикам у него зародилось ещё в бытность нашего коммерческого партнёрства. Свой первый он патриотично прикупил в какой-то Подмосковной военной части. Покатались мы в тот день по городу на славу. Это был последний год, когда по Моховой авто могли ездить от Лубянки. Но мне не понравилось. Не уютно, не то, что в нынешнем. Зато вид на Кремль, из-под распахнутых бронированных век запомнился навсегда, - оставалось чувство завоевателя. Так мог бы ощущать себя Атилла, если бы посчитал нужным гарцевать на форуме, войдя в поверженный Рим, а не предоставить сомнительную роль покорителя уже и так осыпающейся в тлен империи третьим лицам.



Теперь же в модном броневике с подогревом мы как водится при таких встречах, пустословим по ходу движенья. Проезжаем по бульварам, Арбату, ну и далее в сторону пригорода, вспоминаем былое. В отличие от меня, будучи деловым человеком, ему постоянно приходится отвлекаться на телефонные звонки, каких-то там партнёров и сотрудников. Подруливает. Где-то уже на подъезде к посёлку раздаётся очередной звонок. Начал, что-то там кому-то втирать. Он всегда был парнем твердым, но при этом не без эмоциональности. Да, и остался пока таким, слава богу. Не разбазарил до конца огонёк. В общем гутарит с кем-то там как надо – убедительно. Вот свернули с трассы, гляжу, вдруг дорога неожиданно преобразилась. Ну, как частенько бывает, когда коммунальные службы начинают проводить земляные работы по ремонту или прокладке каких-то труб, то делают это основательно и с размахом. Вот и тут, некогда холёная двухполоска усохла, опрыщавив буераками. Но вездеходик, потряхиваясь и маневрируя, с честью преодолевает все препоны.

- Дюш, и давно у Вас тут такой джипппинг? – спросил я, прикидывая, сколько ещё трястись. По моей памяти, так до его дома оставалось несколько километров.



Конечно, ни в его нынешний бородатый анфас, ни тем более в трицепсный профиль, особенно в костюмчике Бриони, в этом мужчине, в самом расцвете сил, ни кто не осмелится увидеть Дюшу. Как минимум Андрея Викторовича или как прививают ныне обращаться к таким – господин Нефамильярно! Но, я как-то плевал на это. Дело даже не в сроках иллюзии дружбы. Просто, под кипрским загаром было нутро того же парня, с которым нас свело сто лет назад на одной из пьянок у одного московского барыги. Хорошо это или плохо, люди не меняются. Я первый бы перешёл на Андрей и даже не развалился от Викторовича, если бы это было не так. Да, вот только вся матёрость, ботиночки Марио Бруни, кожаные кресла интерьеров, порой так далеки от нас самих, что мы даже сами порой об этом забываем, превращая жизнь в сериал, в котором у нас одна единственная роль до последнего гвоздя. Несчастны или счастливы те кто успевает разочароваться в этом, пока не закопали, не знаю… Этот философский геморрой оставим для другого раза. А тогда, на излёте фарцовочной эры, когда нас свело, когда ассортимент, так скажем, трейдерских тем, стремительно развивался и вширь и вглубь, в одной из квартир какого-то слободского переулка столицы этот Дюша один из всей набухавшейся той нашей компашки откликнулся на моё предложение сменить обстановку. Должен заметить, что тогда культура ночной жизни только зачиналась, и в ней был поиск каких-то свежих форм, что придавало ей дополнительный шарм, и которого, к сожалению, уже не вкусишь в нынешней стагнации. В тот вечер, одни из моих знакомых, ангажировали одних модных в то время рок-н-рольщиков, ну и для этого дела, говоря нынешним языком, арендовали на ночь вестибюль, а заодно и дворик, одного из центральных вузов столицы. Такой а-ля импровизированный клуб. Вот туда-то мы и смылились с этим Дюшей. А потом, месяц или два ещё продолжали пересекаться на разных тусовках. Я почему-то не сомневался, что он согласиться, когда ему предложил одну прочуханную мной мазу. И оказался прав, он согласился с лёту. Вопрос был только в том, что надо было кой-куда смотаться, чтобы получить лицензию, и мы это с успехом провернули. Именно на тот первый гонорар и был куплен кусочек, оставшейся бесхозной славы отечественной бронетехники, на которой мы пижонили по улицам первопрестольной. Сейчас же подпрыгивая на кочках элитного Подмосковья, мне вспомнился тот денёк, когда я отбил себе зад в том вседорожнике. Не прекращая разговора, Дюша, кинул мне через плечо:



- Магистрали меняют.

Я, безмятежно откинулся в кресле Ровера, впялившись за окно. Но тут, краем глаза заметил, что водитель выпустил руль. Я не обратил бы на это никакого внимание, если бы одновременно с этим он не прижал коленом баранку, начав подруливать себе ногой. В крутизне вождения Дюши я ни на миг не сомневался. Тем более знал его страсть к соревнованиям по бездорожью, в которых он регулярно участвовал со своим автопарком. Тем не менее, у меня проскользнул вопрос – с чего? С чего это, ты вдруг тут начал демонстрировать трюки водительского мастерства. Я обернулся к рядом сидящему шумахеру и подвис от увиденного. Одной рукой он держал трубку и с кем-то достаточно весомо разговаривал, другой рукой махал перед собой, а коленом, прижав рулевое колесо, рулил. Я не догнал происходящего. Бывает, когда не вписывается в парадигму. Сперва я подумал, что он кому-то там, какому-то водителю другой машины или прохожему, подаёт какие-то сигналы, ну знаете, как на море раньше семафорили матросы с корабля на корабль. Но ни машины, ни человека за бортом не наблюдалось. Дюша же не останавливался и как я видел, исправно продолжал тыкать себя в разные части тела. Только уловив последовательность этих движений и их систему, на меня снизошло озарение – он крестится. В этот момент я понял, что секунду назад, таращась в окно, углядывал чуть впереди церковную маковку. Бросив взгляд вправо, я действительно увидел, что мы как раз проезжаем какую-то церковь. Если бы я не был уверен в Дюшеном вождении, то наверняка и без всяких декорации закрестился. На генном уровне. Но я был уверен. Мы ехали дальше, а я всю оставшуюся дорогу, как не старался, но не смог вспомнить была ли эта церковь год назад тут или нет, но однозначно был уверен, что на отрезке от трассы до своего поместья, мой старый товарищ ни каких подобных пассов руками не делал. Я пока решил не дознаваться у него, васис значит. Как-нибудь да всплывет, - а пока, от непонимания происходящеко внутренне насторожился. Чё ещё ждет впереди.



Наконец приехали. Дюша взбежал на крыльцо и, позвенев ключами, открыл дверь. Я вошёл следом. И тут знакомая прихожая меня ещё раз озадачила, окатила ощущением полости дома. Раньше такого не замечалось. Хотя я и не частый тут гость, но такие вещи подмечаю и запоминаю. Обстановка, имею ввиду. До сих пор, всегда я тут чувствовался уют, и радушие хозяйки. Даже если её и не было дома, а сейчас всё пропало. Первое, на что обратил внимание, так на звенящую чистоту, а также на пустые вешалки и отсутствие обуви, которая как правила всегда бывает у всех в передних. Оглядевшись, спросил:

- Хозяйка твоя, прям как в музее, порядок завела

- Да не, не она. Вера уже третью неделю в Крыму. Это Нюрка, приходит тут по утрам убираться и готовить. Сегодня с утра опять всё драила. Щас посмотрим, чё сегодня в меню. И он, раздевшись, пошёл в строну опен спейс кухни. Я же кинул ему в спину:

- А ты чё жену одну отпустил гулять?

- Да, не, у неё там не отдых. Дом там купил, а она решила ремонт затеять. Проект придумала. Ну и в путь…, хочется, пусть делает.

- А..!, - прогундосил я.

Тем временем я прошел в зал и стал оглядывать картины, которые Вера время от времени обновляла. Обычно, пару тройку, к моим редким визитам, случались новинки. Я стоял посреди помещения и перешагивая глазами от рамки к рамке искал новьё. Вдруг мой взгляд застыл, наткнувшийся насовсем неожиданную для меня тут вещь. Такое я видел только в мониторе интернета. Это был солидно сделанный новодельный Дейсус, да ещё и со стразами. Что меня это удивило, это мало сказать. Просто застыл заворожённо, смотря на эту лепоту. Понятно, что тут же вспомнилась сцена в машине. Зная давно Дюшу, сегодня я впервые видел его религиозные проявления. Касаемо Веры – Дюшеной жены, хотя её и я знал только, тогда, когда она стала Нефамильярно, но тоже не замечал за ней какой-то богомольщины. Тут я решил, хватит томиться и полюбопытствовал, кивая в сторону иконы:



- Что-то не замечал раньше ни за тобой, ни за твоей Верой набожности?

Дюша не поворачивая головы, поняв о чём, пояснил:

- Это отец Иннокентий подарил. Кстати, он должен сегодня заехать. Познакомишься.

- И с чего это тебя на духовные звания потянуло?

- Как-то стечение обстоятельств. Всё началось с рекламки на ТВ. Как начал осваивать, ну мне умные люди подсказали, на каком канале моя аудитория живет.

- Ну, понятно, - перебил я его, слегка усмехнувшись, - на поповском и ты с этого решил уверовать, чтоль?

Дюша бросил на меня злой взгляд, - да нет, не с этого. Сначала вот, с отцом Иннокентием познакомился. Между прочим, его голос там многое стоит. Он как-то ко мне по-доброму оотнёсся, протекцию составляет. Вот я и начал к нему в храм наезжать, ну и как-то дальше само собой пошло.

В это время у дорожки возле ограды дома остановился урчащий мерин С-класса и пару раз гуданул.

- Вот и Иннокентий, - сказал Дюша, нажимая кнопку пульта, открывая ворота.

- А за протекцию ты с ним пожертвованиями расплачиваешься? – спросил я, не скрывая иронии. Дюша ещё раз глянул на меня не ласково, но промолчал.

Послышались шаги на крыльце. Отец Иннокентий был мужчина средних лет с бородкой в стиле Николая 2. По всей видимости, моё присутствие его смутило. Не ожидал посторонних. Так что, пройдя в зал и как-то через силу пожав протянутую мной руку, он сделал знак Дюше и тот, взяв папку с чем-то там увесистым, вышел с ним в другую комнату. Пока они о чём-то там секретничали, я принялся за цикличное дело, ради которого и был затеян этот вечер – налил, выпил, выпил, налил. Вскоре услышал фырчанье мотора отъезжающей машины. Мой приятель вернулся с цветущим лицом. По всей видимости, всё сложилось удачно. Потирая руки, он сел на софу по другую сторону столика, у которого стоял диван со мной. Посидев пару секунд, взял подушечку и, подмигнув мне, кинул её в меня со словами:

- Ну, что погнали, - при этом достал телефон и набрал какой-то номер.

- Надюш, я освободился, приезжай, - сказал он в трубку. После чего, прикрыв микрофон ладонью, обратился ко мне, - Хочешь, она подружку захватит?

- Да, как хочешь..., - безразлично отозвался я. Это я холост, а не ты, - и немного помолчав, добавил, - но я бы сегодня предпочёл шары по сукну катать.



Надя, эта новая Дюшина пасия, приехала, примерно через час, прихватив с собой какую-то смазливую девицу. Во мне она особого энтузиазма не вызвала, несмотря на ухоженное тело и распушённые клееные ресницы. Может последнее и стало определяющим.

Надя подсев к Дюше, положила голову ему на плечо и начала потихоньку ластица, от чего он был в полном восторге. Контраст этому составляли мы с мамзель. Она, забравшаяся на диван с ногами, я в другом углу, закинув лодыжку на колено и полулёжал на диване с бокалом в руках. Не было настроения. На пару попыток красавицы установить со мной более тесный контакт я отреагировал стоически, на чём она и успокоилась. Не обращая особого внимания на её глазки, я просто потягивал коктейли, поддерживая разговор. Вечер тёк уныло. Сидели вокруг столика, на котором стояли бутылки разного алко, и, потягивая его, ведя пустую болтовню.



Моему дружку, поглощённому Надеждой, смоченной вином, было плевать на окружающих. А вот Надежда оказалась менее интровертна, а может это просто женская солидарность за подружку сыграла свою роль. Мол, и ей пусть радость перепадёт. Так что, пока мы сидели, она время от времени побрасывала на меня укоризненные взгляды. Наконец эта Дюшина красотка встала и, обойдя столик, который был ей до колен, подошла ко мне. Наклонилась и, начав трепать мне правой рукой волосы, обернулась к Дюше, с вопросом:

- Твой друг всегда такой смурной?

- Да, нет, вроде раньше не замечал, - ответил он, воткнув в меня взгляд, как молния, втыкает в дерево разряд, с целью испепелить его. И, в данном случае, это понятно. Ему просто не пришло в голову, что она хотела приобщить подругу к веселью. Зато досада, что его краля бросила ласки и пошла, разбираться со мной, задела. Хотя с другой стороны, он мог бы быть этому только благодарен.



Ведь, что греха таить, наклонившись ко мне, когда трепала мою шевелюру, она обеспечила Дюшу шикарным видом. И поверьте, я знаю, о чём говорю. Такие наклоны я знал ещё с детских времён. И наслаждение, которое они вызывали, пробивает током возбуждения до сих пор, как вспоминаю. В те далёкие дни, я ещё занимался спортом, было это в простой ДЮСШ (детская спортивная школа). В ней на первом этаже боролись пацаны, а на втором танцевали с мячиками и лентами, ну и прочей атрибутикой художественной гимнастики девчонки. И ездили мы все в один спортлагерь, куда-то в российскую дремучую глушь – с кабанами, медведями и грибами, ягодами. Так вот, в свободное от спорта время, все ходили по эти самые грибы, да ягоды. И это было самое приятное, что было в этих лагерях - ходить по лесному урожаю. Только я и другие ребята, любил это не из-за даров леса, а как догадались вы уже, из-за гимнасточек, которые эти дары собирали. В отличие от нас, любителей силового спорта, эти грации собирали урожай в высшей степени эстетично. Их тренера при сборе ягод запрещали им наклоняться, сгибая колени. Скажу честно, шикарно это смотрелось, как молодые девчонки набирают полные лукошки и пакетики. Сгибаясь в поясницах, оставаясь на прямых ногах. Так что уверяю, Дюше достался шикарный вид, пусть даже ценой трепленой мне головы.

Правда я не оценил этот трёп, а скривив милую улыбку, взял бокал и пошёл к биллиарду – катать шары. А через часик, я совсем опаршивил и, вызвав такси, укатил домой.

В резюме, можно сказать, что прошло уже три года, и Дюша с тех пор, так и не звонит. В принципе, я и не жду, так... просто подмечаю. Так же, как подмечаю, знакомую рекламу во время листания каналов ТВ. И она не меняется.

Просмотров: 8Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все